7 мая - День Радио! Попов или Маркони

[admin]

Ну вот закончился первомай, а на носу уже следующий праздник, для нашего форума, можно сказать, - культовый...
7 мая отмечается День Радио - профессиональный праздник работников всех отраслей связи. В этот день 1895 года русский физик Александр Степанович Попов осуществил первый сеанс радиосвязи и продемонстрировал миру первый радиоприемник.
Впервые эта дата была торжественно отмечена в нашей стране в мае 1925 года. Это был тридцатилетний юбилей радио. Предыдущие круглые даты прошли незамеченными. Что можно объяснить сложностью политической обстановки тех лет. Двадцатилетие радио совпало с разгаром первой мировой войны, во время двадцатипятилетия в стране шла гражданская война.
Полувековой юбилей радио совпал по времени с победоносным завершением войны с фашистской Германией. 2 мая 1945 года вышло Постановление Совета Народных Комиссаров СССР о праздновании пятидесятилетия со дня изобретения радио А.С. Поповым. Учитывая роль радио в культурной и политической жизни общества и в обороне страны, правительство решило установить 7 мая ежегодный "День радио".
К настоящему моменту радиосвязь прошла огромный путь в своем развитии, и сегодня технологии связи являются неотъемлемой частью нашей повседневной жизни.
О человеке без которого не могла бы существовать современная связь да и наш форум в том числе и пойдет речь далее.

Александр Степанович Попов - биография и жизненный путь.

А. С. Попов родился в 1859 г. на Урале в семье священника. Он, как и Герц и Лебедев, не пошёл по дороге отца, духовную семинарию не закончил, а по окончании четырёх общеобразовательных классов в 1877 г. подал заявление на физико-математический факультет Петербургского университета.
При тогдашней системе народного образования в России в университет можно было поступить лишь с аттестатом зрелости, выдаваемым окончившим классическую гимназию. Лица, окончившие шесть классов духовной семинарии, допускались к экзаменам на аттестат зрелости, и в этом отношении Попов оказался счастливее Лебедева, не получившего аттестата (в реальных училищах не проходилась латынь — один из главных предметов аттестата). Много и упорно занимаясь естественными науками самостоятельно, он блестяще сдал экзамен за гимназию и был принят в Петербургский университет. Учителями Попова были Д. И. Менделеев, П. Л. Чебышев, Ф. Ф. Петрушевский. Физику он изучал по тому «Курсу наблюдательной физики», который так характерен для эмпирического направления Петрушевского.
Большое влияние на Попова оказал кружок молодых физиков, группировавшихся в физической лаборатории вокруг лаборанта В. В. Лермонтова, который хотя и числился лаборантом, но, по словам М. А. Шателена, по существу был «главным руководителем лаборатории, дававшим тон всей её жизни». Здесь А. С. Попов получил навыки первоклассного экспериментатора, приобрёл вкус и любовь к электротехнике. Он принимал активное участие в заседаниях только что организованного в 1880 г. VI (электротехнического) отделения Русского технического общества, работал в качестве дежурного электрика в обществе «Электротехник», ассистировал в университете.
Университет Попов окончил со степенью кандидата в 1882 г. и был оставлен для подготовки к профессорскому званию. Материальная необеспеченность вынудила его искать заработок. Просуществовав некоторое время уроками, Попов вскоре принял приглашение занять место преподавателя Минного офицерского класса в Кронштадте. Здесь он проработал 17 лет, до 1901 г., когда получил приглашение на кафедру физики в Электротехническом институте, где и родилось его великое открытие.
Когда Попов получил известие об опытах Герца, он немедленно воспроизвёл их в Минном классе с оригинальной усовершенствованной аппаратурой. Им был прочитан в 1889 г. цикл лекций на тему «Новейшие исследования о соотношении между световыми и электрическими явлениями». В марте 1890 г. он прочитал в Морском музее в Петербурге лекцию «Об электрических колебаниях». Как вспоминал его тогдашний ассистент, впоследствии проф. Н. Н. Георгиевский, «Александр Степанович всегда стремился к увеличению чувствительности приёмной части приборов и уменьшению длины волны герцовской аппаратуры"
Его не удовлетворял метод Герца, в котором индикатором колебаний была маленькая искра, рассматриваемая в лупу, он искал новый, практичный и чувствительный детектор колебаний. Так им был сконструирован специальный механический радиометр, воздушный термометр, но все эти индикаторы мало удовлетворяли Попова. Несомненно, что в это время он думал о практическом приложении воли Герца, Поэтому он с особой остротой воспринимал всё новое в области детектирования электрических колебаний.
В 1890 г. появилось сообщение французского физика Эдуарда Бранли о наблюдённом им воздействии электрического разряда на проводимость металлических порошков (железа, алюминия, сурьмы, кадмия, цинка, висмута и т. д.). Бранли писал: «Если сделать контур, состоящий из элемента Даниэля, чувствительного гальванометра, металлического проводника и эбонитовой пластинки с нанесённой медью или трубочки с опилками, то большей частью проходит лишь ничтожный ток. Однако сопротивление резко уменьшается, что видно по сильному отклонению гальванометра, если вблизи контура произвести один или несколько разрядов». //М. А. Шателен, Русские электротехники, стр. 291.//
В 1894г. Бранли описал более подробно это явление в статье «О проводимости несплошных проводящих веществ». Однако ни в первом, ни во втором сообщении не подчёркивается и даже не указывается роль электрических колебательных процессов в изменении проводимости, и вопрос о применении этого явления в качестве индикатора колебаний даже не ставится.
В качестве индикатора колебаний трубка с опилками была применена О. Лоджем в 1894 г. и названа им «когерером». «Этот прибор, который я называю когерером, удивительно чувствителен как детектор герцовских волн», — писал Лодж. Сообщение Лоджа произвело на Попова огромное впечатление. Его сотрудник П. Н. Рыбкин писал по этому поводу: «Я до сих пор помню, с каким волнением показывал А. С. мне номер журнала «The Electrian», в котором была помещена статья Лоджа, где он описывал свои знаменитые опыты по применению открытия Бранли к устройству когерера для обнаруживания при помощи его электрических колебаний».
Легко попять и волнение и дальнейшие творческие искания Попова: наметился путь решения большой задачи. К весне 1895 г. первый в мире приёмник электрических колебаний был создан. 25 апреля (7 мая) 1895 г. на 151-м (201-м) заседании Физического отделения Русского физико-химического общества А. С. Попов сделал доклад «Об отношении металлических порошков к электрическим колебаниям». Содержание доклада, дополненное протоколами испытаний по регистрации атмосферных разрядов, произведённых Г. А. Лобачевским с прибором Попова в Лесном институте летом 1895 г., составило предмет статьи Попова «Прибор для обнаружения и регистрирования электрических колебаний А, С. Попова», представленный в декабре 1895 г. в журнале Русского физико-химического общества и появившийся в первом номере этого журнала за 1896 г. Приёмник Попова описан им в этой статье следующим образом:
«Трубка с опилками подвешена горизонтально между зажимами М и N на лёгкой часовой пружине, которая для большей эластичности согнута со стороны одного зажима зигзагом. Над трубкой расположен звонок так, чтобы при своём действии он мог давать лёгкие удары молоточком посередине трубки, защищённой от разбивания резиновым кольцом. Удобнее всего трубку и звонок укрепить на общей вертикальной дощечке. Реле может быть помещено как угодно.
Действует прибор следующим образом. Ток батареи 4—5 в постоянно циркулирует от зажима Р к платиновой пластинке А, далее через порошок, содержащийся в трубке, к другой пластинке В и по обмотке электромагнита реле обратно к батарее. Сила этого тока недостаточна для притягивания якоря реле, но если трубка AВ подвергается действию электрического колебания, то сопротивление мгновенно уменьшится и ток увеличится настолько, что якорь реле притянется. В этот момент цепь, идущая от батареи к звонку, прерванная в точке С, замкнётся и звонок начнёт действовать, но тотчас же сотрясённая трубка опять уменьшит её проводимость, и реле разомкнёт цепь звонка». \\ «Изобретение радио Л. С. Поповым», АН СССР, 1945, стр. 60.\\
Из опытов, приведённых Поповым для испытания чувствительности приёмника, особенно важны два первых:

«1) Прибор отвечает на разряды электрофора через большую аудиторию, если параллельно направлению разряда провести от точки А или В проволоку длиной около 1 метра, для увеличения энергии, достигающей опилок. 2) В соединении с вертикальной проволокой длиной в 2,5 метра прибор отвечал на открытом воздухе колебаниям, произведённым большим герцевым вибратором (квадратные листы 40 сантиметров в стороне) с искрой в масле, на расстоянии 30 сажен». Из выделенных нами мест статьи Попова ясно видно, что в 1895 г. он принимал радиоволны на расстоянии 60 м на приёмную антенну своего приемника. В той же статье Попов так характеризует область применения его прибора:
«Прибор, обладающий такой чувствительностью, может служить для различных лекционных опытов с электрическими колебаниями и, будучи закрыт металлическим футляром, с удобством может быть приспособлен к опытам с электрическими лучами...
Другое применение прибора, которое может дать более интересные результаты, будет его способность отмечать электрические колебания, происходящие в проводнике, связанном с точкой А или В (на схеме), в том случае, когда этот проводник подвергается действию электромагнитных пертурбаций, происходящих в атмосфере. Для этого достаточно прибор, защищённый от всяких других действий, связать с воздушным проводом, проложенным вдали от телеграфов и телефонов, или же со стержнем громоотвода». Перед нами ясная картина экранированного приемника, регистрирующего электромагнитные сигналы, поступающие в приёмную антенну. И вполне закономерным является заключительный вывод автора: «Б заключение могу выразить надежду, что мой прибор, при дальнейшем усовершенствовании его, может быть применён к передаче сигналов на расстояния при помощи быстрых электрических колебаний, как только будет найден источник таких колебаний, обладающий достаточной энергией».
Таким образом, А. С. Попов не только ясно представляет возможность радиотелеграфии, но и указывает путь, которым может быть решена эта задача: получение мощных передатчиков сигналов. 12 (24) марта 1896 г. А. С. Попов продемонстрировал первую в мире радиопередачу и приём осмысленного текста из одного здания в другое на расстояние около 250 м. Из химической аудитории Петербургского университета в физическую, где происходило заседание Физического отделения физико-химического общества, была передана радиограмма: «Генрих Герц». Акад. В. Ф. Миткевич так вспоминает об этом историческом дне: «Памятное, заседание происходило днём в воскресенье в большой аудитории старой физической лаборатории во дворе Петербургского университета. В этой скромной рядовой аудитории была установлена радиоприёмная станция с аппаратом Морзе.
На расстоянии 250 м в новом здании химической лаборатории университета находилась отправительная станция, питавшаяся катушкой Румкорфа. Около нее дежурил ближайший помощник А. С. Попова — П. Н. Рыбкин.
Среди присутствующих на заседании были представители Морского ведомства и виднейшие русские физики-электрики того времени: О. Д. Хвольсон, И. И. Боргман, А. И. Садовский, В. К. Лебединский, М. А. Шателен, А. Л. Гершун, Г. А. Любославский, Ы. Н. Георгиевский, Н. А. Смирнов, В. В. Скобельцын, Н. А. Булгаков, Н. Г. Егоров и Ф. Ф. Петрушевский. Перед заседанием все собравшиеся ознакомились с устройством радиоприёмной станции, а затем, усевшись на студенческих скамьях, с волнением приготовились к опыту передачи телеграммы без проводов.
Заседание открыл старейший физик Ф. Ф. Петрушевский, предоставив слово А. С. Попову. После 30—40-минутного доклада изобретатель послал кого-то из присутствовавшей молодёжи на отправительную станцию к П. Н. Рыбкину с указанием начать радиопередачу.
Атмосфера в физической лаборатории стала напряжённой. Все собравшиеся сознавали, что присутствуют при демонстрации изобретения, будущее которого уже тогда представлялось величайшим. Волнение участников заседания увеличилось еще тем, что текст первой в мире телеграммы был известен только Попову и Рыбкину. Сохраняя внешнее спокойствие, изобретатель с улыбкой наблюдал за тем, с каким напряжённым вниманием все присутствующие следили за медленно появляющимися на ленте приёмника Морзе буквами, которые Петрушевский повторял мелом на большой аудиторной доске».

Процесс передачи более детально описывает О. Д. Хвольсон.«Передача происходила таким образом, что буквы передавались по алфавиту Морзе и притом знаки были ясно слышны. У доски стоял председатель Физического общества проф. Ф. Ф. Петрушевский, имея в руках бумагу с ключом к алфавиту Морзе и кусок мела. После каждого передаваемого знака он смотрел в бумагу и затем записывал на доске соответствующую букву. Постепенно на доске получились слова Heinrich Hertz и притом латинскими буквами. Трудно описать восторг многочисленных присутствующих и овации А. С. Попову, когда эти два слова были написаны».Так начало свою жизнь одно из величайших изобретений человеческого гения. Великий изобретатель увековечил в первой радиограмме того, кто первым в мире наблюдал электромагнитные волны. А. С. Попов был первым человеком, заставившим эти волны служить человеку.
Попов находился на службе Морского военного ведомства и имел инструкции не разглашать своего открытия. Поэтому запись об историческом дне согласно его указанию была сделана в протоколах общества в такой форме: «А. С. Попов показывает приборы для лекционного демонстрирования опытов Герца. Описание их помещено уже в ЖРФХО» (ЖРФХО, 1896, т. XXVIII, стр. 124). В июле того же 1896г. появилось сообщение об опытах Маркони. Ознакомившись с публикацией о приборе Маркони, Попов констатировал, что всё, что было им описано, содержится и в приборе Маркони. Однако Маркони сумел привлечь капитал к новому делу, провести широкий и многосторонний эксперимент, и тем самым способствовал развитию новой отрасли техники—радиотехники.

Читайте также статью: Попов или Маркони?

[admin]

Попов или Маркони?
Автор: Сергей Иванов
Источник: www.itogi.lenta.ru

Принято считать, будто изобретение совершается, если в нем есть потребность. Это, разумеется, неверно. Изобретение само творит потребность, которой до него могло и не быть...

(Фото с сайта The Marconi Company)

Отвечая на вопрос, кто все-таки изобрел радио, Попов или Маркони, следует со всей определенностью сказать: радио изобрел Оливер Лодж, физик из Ливерпуля. Опираясь на труды Максвелла, Томсона и Герца, он летом 1894 г. продемонстрировал публике эксперимент по трансляции сигнала на расстояние в 150 ярдов без проволоки. Когда ему предложили изготовить аппарат для передачи сообщений, он презрительно ответил, что ученый - это вам не почтмейстер какой-нибудь.
7 мая следующего, 1895 г. петербургский физик Александр Попов сделал в Физико-химическом обществе доклад с демонстрацией созданного им радиоприбора для фиксации атмосферных колебаний. Опять же, это был экзерсис из области чистой науки. Мировое сообщество довольно равнодушно встретило известие о новом способе передачи радиоволн. Незадолго до того лондонская почта отвергла идею телефона на том основании, что не перевелись пока еще рассыльные, а вот теперь никто не мог понять, зачем нужен беспроволочный телеграф, когда замечательно работает проволочный.
Принято считать, будто изобретение совершается, если в нем есть потребность. Это, разумеется, неверно. Разве люди так уж страдали без аудиоплейеров, разве человечество не знало, как выжить без застежки-липучки? Изобретение само творит потребность, которой до него могло и не быть. И вот в смысле создания потребности бесспорным изобретателем радио следует признать Гульельмо Маркони.
Слушатель Болонского университета Маркони узнал о герцевых волнах от своего соседа, профессора Риги. В отличие от Лоджа, Попова и самого Риги, людей XIX столетия, двадцатилетний студент сразу подумал не о науке, а о практике. С декабря 1894 г. он начал экспериментировать на вилле своих родителей под Болоньей. За полтора года трудов ему удалось увеличить дальность передачи сигнала с 30 ярдов до двух миль. Итальянское правительство не заинтересовалось аппаратом Маркони, и тогда мать ирландка отправила юношу в Лондон. 2 июня 1896 г. он запатентовал там радио как свое изобретение (научные публикации Попова на этот счет появились в том же месяце, но адресовались совершенно иной аудитории).
Первые попытки Маркони рекламировать свой радиоприемник вызвали лишь насмешки. Одна газета писала: "К нам приехал итальянец с концертиной, но без обезьянки". Но капля камень точит - после долгих уговоров на аппарат согласился взглянуть старший инженер Британской почтовой службы Уильям Прис, ломавший голову над проблемой связи с дальними маяками. Эксперимент по передаче сигнала с крыши на крышу прошел успешно - и у Маркони появился первый влиятельный заступник. Вторым его покровителем стал капитан Генри Джексон, которому адмиралтейство поручило придумывать способ коммуникации с кораблями в открытом море. При поддержке этих людей, которые лучше других понимали, что не повсюду можно протянуть провода, Маркони в 1897 г. организовал Акционерное общество и начал продавать услуги связи.
Однако первое практическое применение радиоволны нашли не в море, а на речке: в 1898 г. Маркони передал в дублинскую газету "Дейли экспресс" результат гребной регаты. Акции его компании сразу пошли вверх. В марте следующего года маяк на Саут Форланд получил "маркониграмму" от севшего на мель судна - так радио впервые спасло людей. В 1903 г. радиопередатчиками были снабжены 50 судов, в 1905-м - уже 80. Позднее, в 1912 г., радио помогло спасти сотни людей с успевшего послать сигнал "SOS" "Титаника" - и радио помогло убить сотни людей во время Ютландского морского сражения в 1916 г.
Но все это было бессловесное радио. Эпоха радио для слушателей началась лишь после изобретения вакуумной трубки, которая позволила модулировать радиосигнал. 24 декабря 1906 г. профессор Реджинальд Фессенден устроил первую в истории радиопередачу из своего собственного дома в Брэнт Рок, штат Массачусетс. По случаю Рождества он сам сыграл на скрипке произведение Гуно "О, святая ночь", а потом прочел отрывки из Евангелия от Луки. Так слово стало Богом.